В повести поэта и философа А.Н. Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву» приводятся следующие особенности отечественного образования  конца XVIII в. Один из героев произведения – любознательный семинарист Новгородской гимназии, неудовлетворенный качеством образовательного процесса, жаловался на то, что «Аристотель и схоластика доныне царствуют в семинариях». В данном случае имелось ввиду, что в русских семинариях конца XVIII в. сохранялись устаревшие формы преподавания. Во-первых, делался упор на изучение критических объяснений классических древних текстов, а не самих работ; во-вторых, преподавание велось на латинском языке, а не на народном (т.е. русском). Таким образом, под «Аристотелем и схоластикой» в данном случае подразумеваются данные отголоски средневекового европейского латинизма, проявляющегося в теории и практике российского семинарского образования XVIII века (с. 258-259).

Первый полный перевод "Никомаховой этики" публиковался в следующих номерах Журнала Министерства народного просвещения:

Радлов Э.Л. Этика Аристотеля [Книга I] // ЖМНП. 1884. Апрель. Ч. CCXXXII, отд. V. С. 67–87.

https://runivers.ru/bookreader/book457608/#page/735/mode/1up 

Радлов Э.Л. Этика Аристотеля [продолжение, Книга II] // ЖМНП. 1884. Май. Ч. CCXXXIII, отд V. С. 1–15.

https://runivers.ru/bookreader/book457612/#page/670/mode/1up 

Радлов Э.Л. Этика Аристотеля [продолжение, Книга III] // ЖМНП. 1884. Сентябрь. Ч. CCXXXV, отд V. С. 16–38.

https://runivers.ru/bookreader/book457620/#page/314/mode/1up 

Радлов Э.Л. Этика Аристотеля [продолжение, Книга IV] // ЖМНП. 1884. Ноябрь. Ч. CCXXXVI, отд V. С. 1–22. 

https://runivers.ru/bookreader/book457623/#page/610/mode/1up 

Радлов Э.Л. Этика Аристотеля [продолжение, Книга V] // ЖМНП. 1885. Октябрь. Ч. CCXLI, отд. V. С. 493–512.

https://runivers.ru/bookreader/book457793/#page/701/mode/1up 

Радлов Э.Л. Этика Аристотеля [продолжение Книги V, Книга VI] // ЖМНП. 1885. Ноябрь. Ч. CCXLII, отд V. С. 513–532. 

https://runivers.ru/bookreader/book457796/#page/286/mode/1up 

Радлов Э.Л. Этика Аристотеля [продолжение, Книга VII] // ЖМНП. 1886. Сентябрь. Ч. CCXLVII, отд. V. С. 142–164.

https://runivers.ru/bookreader/book457815/#page/340/mode/1up 

Радлов Э.Л. Этика Аристотеля [продолжение, Книги VIII, XI] // ЖМНП. 1887. Июль. Ч. CCLII, отд. V, С. 97–136.

 https://runivers.ru/bookreader/book457861/#page/370/mode/1up 

Радлов Э.Л. Этика Аристотеля [окончание, Книга X] // ЖМНП. 1887. Декабрь. Ч. CCLIV, отд. V. С. 12–176.

https://runivers.ru/bookreader/book457867/#page/827/mode/1up 

Пер. Э. Л. Радлова (1891), заново сверенный и подвергнутый значительной переработке З. Н. Микеладзе.

Пер. Э. Л. Радлова (1891), заново сверенный и подвергнутый значительной переработке З. Н. Микеладзе.

Перевод на русский язык трактата "Об истолковании" (16а1-24b9) Э. Л. Радлова.

Полный перевод на русский язык трактата "Об истолковании" (16а1-24b9) Э. Л. Радлова. Печатается по изданию в "Журнале Министерства народного просвещения" за 1891 г. Предисловие переводчика к трактату: с. 1-22. 

Отдельное издание.

Первый полный перевод трактата на русский язык.

Повторный перевод трактата на русский язык.

Пример аллегорической критики догматизма, сдерживающего научный прогресс, обнаруживается в философско-нравоучительной притче «Разрушение ада и восстановление его» Л.Н. Толстого. Рассуждая о том, почему средневековые ученые не смогли распознать искаженности церковных догм, автор вкладывает в уста одного из отрицательных персонажей произведения – дьявола в мантии – следующий ответ: потому что сам «дьявол в мантии» постоянно отвлекал внимание ученых «от того, что они могут и что им нужно знать, и направлял его на то, что им не нужно знать и чего они никогда не узнают». При этом один из «дьявольских приемов» заключался, по мнению Л.Н. Толстого, во внушении схоластам важности «изучения и разъяснения всего того, что написал человек по имени Аристотель, живший тысячи лет тому назад в Греции», на что и были направлены все интеллектуальные силы эпохи, вместо того, чтобы заниматься более существенными вопросами (стр. 402).

В данной работе Ф. Прокопович неоднократно обращается к фигуре Аристотеля в контексте рассуждения о природе и сущности атеизма.

"Метафизика" Аристотеля. Книги I–V. В переводе В. В. Розанова и П. Д. Первова были издана в Журнале Министерства народного просвещения в 1890-1895 гг.:

1. (предисловие, Книга I, гл. I–V) // Журнал Министерства народного просвещения. СПб., 1890. Ч. CCLXVII, отд. V. С. 82–112

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001360/ 

2. (Книга I, гл. V–X, Книга II, гл. I–III) // Там же, 1890. Ч. CCLXVIII, отд. V. С. 112–152

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001361/ 

3. (Книга III) // Там же, 1891. Ч. CCLXXIII, отд. V. С. 16–44

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001371/ 

4. (Книга IV) // Там же, 1893. Ч. CCLXXXVIII, отд. V. С. 47–48

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001401/ 

5. (Книга V, гл. I–VIII) // Там же, 1893. Ч. CCLXXXVIII, отд. V. С. 49–80

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001402/ 

6. (Книга V, гл. V) // Там же, 1893. Ч. CCLXXXIX, отд. V. С. 81

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001403/ 

7. (Книга V, гл. I–XI) // Там же, 1895. Ч. CCXCVII, отд. V. С. 20-48

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001419/ 

8. (Книга V) // Там же, 1895. Ч. CCXCVII, отд. V. С. 49–78

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001420/ 

Полный текст перевода также издавался отдельной книгой: Метафизика. Кн. I-V / пер. П.Д. Первова и В.В. Розанова. М.: Институт философии, теологии и истории св. Фомы, 2006. - 232 с. Книга снабжена вводной статьей: В.В. Бибихин. К переводу "Метафизики" Аристотеля (С. 7-18), а также Комментарием и Указателем имен.

"Метафизика" Аристотеля. Книги I–V. В переводе В. В. Розанова и П. Д. Первова были издана в Журнале Министерства народного просвещения в 1890-1895 гг.:

1. (предисловие, Книга I, гл. I–V) // Журнал Министерства народного просвещения. СПб., 1890. Ч. CCLXVII, отд. V. С. 82–112

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001360/ 

2. (Книга I, гл. V–X, Книга II, гл. I–III) // Там же, 1890. Ч. CCLXVIII, отд. V. С. 112–152

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001361/ 

3. (Книга III) // Там же, 1891. Ч. CCLXXIII, отд. V. С. 16–44

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001371/ 

4. (Книга IV) // Там же, 1893. Ч. CCLXXXVIII, отд. V. С. 47–48

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001401/ 

5. (Книга V, гл. I–VIII) // Там же, 1893. Ч. CCLXXXVIII, отд. V. С. 49–80

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001402/ 

6. (Книга V, гл. V) // Там же, 1893. Ч. CCLXXXIX, отд. V. С. 81

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001403/ 

7. (Книга V, гл. I–XI) // Там же, 1895. Ч. CCXCVII, отд. V. С. 20-48

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001419/ 

8. (Книга V) // Там же, 1895. Ч. CCXCVII, отд. V. С. 49–78

https://rusneb.ru/catalog/005664_000048_RuPRLIB18001420/ 

Полный текст перевода также издавался отдельной книгой: Метафизика. Кн. I-V / пер. П.Д. Первова и В.В. Розанова. М.: Институт философии, теологии и истории св. Фомы, 2006. - 232 с. Книга снабжена вводной статьей: В.В. Бибихин. К переводу "Метафизики" Аристотеля (С. 7-18), а также Комментарием и Указателем имен.

В работе Н.Я. Данилевского содержатся многочисленные отсылки к персоналии Аристотеля.

В частности, автор вводит понятие «культурно-исторических типов» – общностей различных государств, обладающих определенным набором схожих черт (например – родственными языками) и существующих по определенным законам. Согласно его теории, всемирная история представляет собой становление, развитие и гибель отдельных культурно-исторических типов. По Н.Я. Данилевскому история – это вовсе не бесконечная цепочка прогресса, поскольку каждый из выделенных периодов существования культурно-исторических типов имеет свои пределы развития. Также автор отрицает идею постоянного всеобщего прогресса человеческой деятельности на протяжении истории (той самой «лестницы веков», о которой, как далее будет показано, писал Н.М. Карамзин). По его мнению, представители каждого культурно-исторического типа обладают собственными особенностями, определяющими пределы и направления их развития. Поэтому некорректно сравнивать представителей различных эпох и цивилизаций: «Никто не скажет, чтобы голова Кювье была лучше устроена, чем голова Аристотеля, чтобы ум Лапласа был проницательнее ума Архимеда, чтобы Кант мыслил лучше Платона…» (с. 134).

В других местах работы «Россия и Европа» Н.Я. Данилевский, рассуждая об этапе упадка культурно-исторических типов и предшествующем ему периоде расцвета различных сфер человеческой деятельности, перечисляет известных деятелей Древней Греции, и в частности – Аристотеля, как представителей античной культуры, на время которых пришелся ее апогей. При этом эпоха Аристотеля определяется автором как время, ознаменованное расцветом в области философии и искусства. В другой части труда, размышляя о возможных национальных свойствах в приемах и методах мышления, Н. Я. Данилевский упоминает Аристотеля в качестве исключения из данного правила, поскольку, по его мнению, «Аристотель – более европеец Новых времен, чем древний грек» (стр. 205, 161).

Книга представляет собой масштабное исследование того, как в России зарождалось и развивалось изучение античной истории и культуры. Автор анализирует путь русской гуманитарной мысли от первых упоминаний Византии до формирования профессиональных научных школ в XIX–XX веках.

Работа посвящена обзору и анализу новейших на тот момент достижений в изучении античной истории, в частности, реакции российской академической науки на открытие и публикацию «Афинской политии» Аристотеля.

Мищенко Ф.Г. Русские новости греческой историографии // Ученые Записки Императорского Казанского университета. 1894. Кн. V. C. 1–40. = Отдельный оттиск:  Казань: Типо-лит. ун-та, 1894. 40 с.

Упоминания персоналии Аристотеля в исследуемый период содержатся в творчестве поэта-сатирика и дипломата А. Д. Кантемира. Отсылки к античному философу обнаруживаются как в его переводческом наследии – в переводе четвертой сатиры Н. Буало «К аббату Баеру» (предположительно 1726–1728 гг.), так и в сатирических произведениях – в IX сатире «На состояние сего света. К солнцу» (написана в 1738 г., впервые издана в России в 1858 г.). 

Сатира «К аббату Баеру» является довольно близким подражанием 4-й сатире Н. Буало «К аббату Баеру». Здесь знание трудов Аристотеля (хотя само их наличие не упоминается) является обязательной составляющей образованности псевдо-ученых:
«… Ученый спорит крепко, что знает науку,
Нужно по-гречески врать, приводит всех в скуку;
Разве изо ста творцов на память читает,
Со всем тем малоумным себя объявляет.
Мнит, что книга все может, и без Аристота
Рассудок мрачен, смысла падает доброта… » (с. 351).
 

Упоминания персоналии Аристотеля в исследуемый период содержатся в творчестве поэта-сатирика и дипломата А. Д. Кантемира. Отсылки к античному философу обнаруживаются как в его переводческом наследии – в переводе четвертой сатиры Н. Буало «К аббату Баеру» (предположительно 1726–1728 гг.), так и в сатирических произведениях – в IX сатире «На состояние сего света. К солнцу» (написана в 1738 г., впервые издана в России в 1858 г.).

Любопытный пример, свидетельствующий о неразрывной связи в восприятии между философией и мудростью, а также включающий в себя представления об Аристотеле как неотъемлимо наделенном мудростью представителе данной традиции, содержится в творчестве русского поэта-сатирика и дипломата А.Д. Кантемира. Рассмотрим его неоконченную IX сатиру «На состояние сего света. К солнцу», содержащую критику народных суеверий, бедности и неподобающего, по мнению поэта, образа жизни. Здесь, помимо прочего, автор описывает типаж нетрезвого человека – запальчивого любителя порассуждать, способного «одержать верх» в любом словесном споре и доказать окружающим свою правоту. Иронически А.Д. Кантемир причисляет такого человека к числу философов, приписывая ему в качестве ключевой характеристики обладание мудростью, тем самым противопоставляя даного «народного псевдофилософа» Аристотелю:
«Сей-то муж в философии живет ненарушно:
Признают то пьяницы все единодушно;
Сей и Аристотелю не больно уступит,
Паче когда к мудрости вина кружку купит» (с. 183).
В действительности же очевидно, что именно Аристотеля А.Д. Кантемир считает причастным как мудрости, так и философии.

В сатире С.Н. Марина труды Аристотеля входят в число необходимых к прочтению книг, которые педанты, мнящие себя эрудированными людьми, считают необходимым знать:
«… Педант пред прочими ученостью гордится,
Надут латынею, лишь греками божится;
Аристотеля он с доски знав до доски,
Умы все вешает на собственны вески, …».
Данная сатира является довольно близким подражанием 4-й сатире Н. Буало «К аббату Баеру».